Голосование

GВ предыдущем номере нашего журнала - БЕРЕГ ПИТЕРА № 7 - было опубликовано интервью с Женей Глюкк с подзаголовком "Рок-н-роллом в России всегда занималась элита". Быть может, есть такие люди, которым эти слова покажутся спорными, странными, даже сомнительными. Что ж, ничего не поделаешь, каждый в нашем безумном мире сходит с ума по-своему.
В том же седьмом номере автор этих самых строк - то есть я, George Гуницкий, - с ощутимым восторгом отозвался о некоторых июньских выступлениях "Animal ДжаZ". Да, группа давно мне нравится. Она уверенно, с 2000-го года, движется по восходящей. Слова же про "элиту" я вспомнил не случайно... могу даже сказать, они как бы сами меня "нашли" во время, и особенно - после диалога с лидером "Animal ДжаZ" Александром "Михалычем" Красовицким.

- Ты только что сказал мне, что приехал со студии и сейчас опять туда отправишься. Стало быть, опять проходит процесс записи очередного альбома "Animal ДжаZ"?
- На самом деле, это происходит запись не альбома "Animal ДжаZ", а моего сольного проекта, который называется "Zero People". Уже было несколько концертов. Этот проект появился в прошлом августе - просто потому, что у меня накопилось за время работы с "Animal ДжаZ" очень много материала, который, несмотря на эклектичность группы, даже здесь невозможно реализовать. Слишком уж там что-то барочное, или какая-то слишком размышленческая тема. Все-таки "Animal ДжаZ" - это такой уже широкий формат, некий такой стадионный пафос. Так уж получилось. И плюс романтизм. А "Zero People" - это скорее самокопания такие, самопсихоаналитика.

- Но и в песнях последнего альбома "Animal ДжаZ", который ты мне подарил, тоже есть элементы самокопания.
- И вот, мы вдвоем с клавишником делаем этот проект "Zero People" - электронные биты, плюс фортепиано, плюс вокал... Но на самом деле тут происходит скорее не переосмысление музыкальных историй, а переосмысление своей личности, в связи со многими вещами, которые происходят у меня - и со здоровьем, и вообще... Господь постоянно напоминает о том, что жизнь очень конечна. И на меня это накатило последние пару-тройку лет. До этого как-то молодость все продолжалась и продолжалась бесконечно, но с тех пор кое-что у меня произошло, и поневоле пришлось задуматься о достаточно глобальных вещах, которые раньше были и присутствовали, но где-то в стороне и не на первом плане. Ну а "Animal ДжаZ" продолжается, все идет своим чередом - репетиции, концерты, новые песни есть.

- Если бы я был адептом желтой прессы, то я точно стал бы цепляться к твоим словам про "что-то произошло". Но, поскольку я к этой желтой журналисткой породе никакого отношения никогда не имел, да и иметь не буду, то поэтому деликатно не спрашиваю. Если уж ты сам не говоришь...
- Я могу деликатно ответить, что у меня достаточно катастрофические проблемы со здоровьем глобального масштаба. Вот так. Известная история: когда Бог не может до тебя достучаться ни одним из возможных способов, он бьет тебя в темечко. В те места, ударов в которые ты реально боишься. Я это воспринимаю исключительно как пинок под зад.

- У меня тоже не все идеально со здоровьем, но... об этом я скажу тебе уже по окончании вот этой нашей беседы, чтобы не грузить тех, кто станет читать это интервью, столь болезненными темами. Вернемся к музыке. Я давно уже обратил внимание, что у твоей группы очень достойные тексты песен - а этого прежде, например, в 2000-м году, когда появилась группа, в русском роке было уже не так и много, а теперь стало еще на несколько порядков меньше, в то время как "Animal ДжаZ"...
- Да, в этом смысле есть нечто незыблемое (смеется). Но, на самом деле, вот последний альбом - такой конкретный сборник всего того, что у группы есть. Здесь присутствует стилистическая эклектика, но все-таки от тем, привычных в моих текстах, я не отхожу; в общем, все то же самое - смесь романтики и какого-то иногда ерничества...

- Но и какой-то депрессухи...
- Да, обязательно, это все замешано на депрессии, но это уж моя сущность такая.

- Депрессия - это штука достаточно позитивная, на мой взгляд. И неизбежная.
- Она, по крайней мере, дает мне возможность радоваться жизни, которая заканчивается.

- И наоборот.
- Так что в этом смысле она однозначно позитивна.

- Я помню те времена, когда группа "Animal ДжаZ" появилась, но это уже давно было, теперь же у команды есть преданная и достаточно большая аудитория поклонников.
- Не устаю этому поражаться. Честное слово, не покривлю душой, но я, когда выхожу на сцену и вижу, что в зале много публики... У нас принципиальная с нашим директором договоренность - он мне не говорит, сколько пришло народу, а я из гримерки до концерта не выхожу и поэтому никогда не знаю... я выхожу на сцену и поражаюсь каждый раз, если много людей. Я все равно по-прежнему считаю, что путь у этой группы и у меня лично только начинается. Более того, понимание того, что же делать и как делать - оно еще даже не пришло. Только начинаем потихоньку подступать к тому, чтобы это начать.

- Однако, ты сказал только что про некий стадионный пафос...
- Музыка сама такой стала. Я почему и удивляюсь - я каждый раз ощущаю, что это без моего участия происходит. Я спел, как мне кажется, не идеально даже близко - а народу понравилось, и это каждый раз приятное удивление.

- Дальше будет происходить движение по нарастающей?
- Ну, я хотел бы в это верить, мне - я не кривлю душой - очень хочется, чтобы множество людей слушало то, что я делаю. Я никогда не был сторонником музыки ради музыки...

- И тихих квартирных концертов?
- Наоборот, кстати, мы тихие квартирные концерты даже играли, но потом я понял, что такой близкий контакт - это не совсем моя сущность. Когда меня могут потрогать за ногу, да еще и спросить что-нибудь - я не люблю такой открытости, поэтому я пришел к понимаю того, что - да, я всегда хотел стадионных историй. Потому что это возможность, во-первых, огромному количеству людей что-то поведать... не факт, естественно, что все они поймут, но, во-вторых, это некое признание твоего места в мире; для меня очень важно мое место в мире, в обществе, я очень социальный человек. Не тот, который - вещь в себе, и которого интересует только то, что он видит в зеркале. Меня всегда интересовало то, что за той стороной зеркала находится.

- Похоже, что несколько лет назад ты даже не ожидал, что случится такой прорыв, что "Animal ДжаZ" достаточно скоро станет известной и популярной группой... Ты вряд ли думал об этом, когда происходили первые шаги.
- Я не думал об этом. Я просто делал то, что считал нужным в данный момент времени, толком даже не ничего не планируя надолго. Копились песни - надо было их записать, мы их записывали, выпускали альбомы. Сейчас у нас номерных электрических альбомов уже шесть, есть еще разные акустические, синглы, сборники.

- То есть, фактически, группа довольно плотно вошла в наш российский рок-шоу-бизнес.
- Но мне это каждый раз слышать...

- Но это факт.
- Да, и этот факт я всегда воспринимаю с удивлением; как великолепно сказал Вася Васин (Группа "Кирпичи" - прим. авт.): "Я как любил макароны, так и буду любить макароны". У меня такая же история. Ни привычки мои не изменяются, ни образ жизни мой не поменялся, хотя - да, мы собираем во время концертов в столицах по тысяче человек, и даже больше... но и в общем, и в целом - я по-прежнему не ощущаю себя не только частью шоу-бизнеса, а вообще каким-то образом вовлеченным в этот процесс. Вот мы сейчас играли на "Нашествии"... Чем не проявление шоу-бизнеса? Но при этом мы спокойно просидели в гримерке свои несколько часов, к нам никто не ломился из журналистов, не стонали под дверью гримерки девочки-фанатки. Мы отыграли свой часовой сет, потом ушли в гримерку, потом пара знакомых музыкантов подошла, пообщались и уехали. Все. Вот это было обычное и типичное для "Animal ДжаZ" состояние, даже в том месте, где, казалось бы, должна происходить какая-то движуха, какие-то пресс-конференции... Никаких съемок, никакого особенного внимания к нам со стороны тех, кто шоу-бизнес обслуживает, нет, и особо никогда не было. Даже в момент наивысшей популярности какого-нибудь нашего клипа.

- Шоу-бизнес - это само по себе нормальное явление, просто теперь, в условиях нашего государства, оно стало таким порочным...
- По-моему, оно с самого начала воспринималось как ругательство, потому что у нас оно всегда ассоциировалось с "киркоровщиной", с фанерами, с чёсом по городам... Просто вот эти люди, продюсеры поп-музыки, - они сами это слово сделали ругательным. Своей деятельностью. Наверное, вот так. Но я, тем не менее, этим словом пользуюсь, потому что - вот группа ДДТ, например, продает миллионы дисков и собирает стадионы, и чем это не шоу-бизнес? Только это правильный шоу-бизнес, честный, который заслужен потом и кровью.

- Но ведь "Animal ДжаZ" тоже много и давно путешествует с гастролями по России?
- Да, очень много концертов, очень много... Я из-за этого периодически выпадаю из культурной жизни и Северной столицы, и любой столицы. В год мы половину времени примерно проводим на колесах и на гастролях.

- Да, немало.
- Даже больше бывает. У нас в один год какой-то - не помню, в прошлый, по-моему, - было больше ста концертов, а это уже двести дней, с учетом дороги. У нас в группе половина "женатиков", и как они в своих семьях живут при таких обстоятельствах - я не знаю.

- Кто теперь в вашем составе?
- У нас костяк - три человека, с самого начала: это гитарист Евгений Ряховский, я и басист Игорь Булыгин. Втроем мы уже больше десяти лет вместе. А барабанщик Сергей Кивин и клавишник Александр Заранкин к нам пришли три-четыре года назад, и сейчас очень все стабильно в этом смысле, какое-то серединное зерно мы нашли, надеюсь; не хочется никаких перемен, все хорошо, вроде бы, пока. "Animal ДжаZ" уже однозначно идет той дорогой, которой идет, и мы не сторонники делать шаги в сторону. Вот у нас сейчас еще один клип готовится. А люди в зале, кстати, любят, в основном, те песни, на которые у нас сняты клипы.

- Мне интересно, какие команды из наших отечественных тебе любопытны, и, ежели такие есть, то почему именно они?
- Мне очень нравится новый проект Евгения Федорова - "Zorge". Это "Tequilajazzz" в лучшем смысле этого слова. "Zorge" - все-таки немного другое, просто в силу состава участников, но по сути, когда приходишь на концерт, то получаешь примерно все то, чего ты ожидаешь от Федорова. Это большая сила - существовать в узком составе, потом все резко поменять и начать как бы заново, но при этом сохранить все то, за что тебя ценят и любят люди. Это круто. Мне очень нравятся молодые команды, например, группа "Info" инструментальная, еще есть группа "Half Dub Theory"... ну, это не трип-хоп, но что-то в этом духе, с женским вокалом и, к сожалению, с песнями по большей части на английском языке. Я не очень понимаю, честно говоря, даже если мне нравится музыка, зачем и почему человек русский, воспитанный в наших яслях и детских садах, школах и университетах, потом вдруг начинает петь на чужом совершенно языке, даже если он хорошо им владеет. Я не понимаю смысла этого. И выступает при этом здесь, не едет в Лондон и там не пытается пробиться... Опять-таки, половинчатость какая-то: если ты запел по-английски - то давай, чеши туда, где тебя оценят настоящие носители языка. А здесь-то очень легко спеть какую-нибудь банальщину, но на английском волшебном языке. Но, тем не менее, "Half Dub Theory" мне нравится, по настроению очень близко. Потом, есть группа с совершенно невообразимыми звучанием - "Digital Forks". Так вот, эти три группы, которые я назвал - мои фавориты среди молодняка

- А что касается "не молодняка"?
- Группа "Кирпичи". Последний альбом - это просто чума! Эти песни Васи Васина надо растаскивать на цитаты и употреблять их в жизни; Васин, конечно, в этом смысле невероятный слагатель афоризмов, аналога ему в русской рок-музыке я просто не знаю.

- Для тебя текст в песне, ее словесное содержание имеет очень большое значение. И так всегда было.
- Конечно. Хотя, при этом... когда мы сами придумываем музыку, то мы всегда - так повелось с самого начала, и так остается до сих пор - сперва придумываем общую мелодию, аранжировку, и я что-то пою на каком-то полуиностранном языке... И только потом, когда я понимаю энергетику песни - пишу сверху русский текст. Но при этом вся цель текста моего - это не поэтические достижения или поиски каких-то небывалых рифм; цель любого текста - передать как можно точнее ту эмоцию, которую я чувствовал в этой песне и хотел бы, чтобы люди ее услышали.

- Каковы твои ощущения современных культурных процессов в нашей стране? Литература, поэзия, кино, живопись, музыка - тут можно выйти за пределы рок-н-ролла... Как воспринимается тобой культура вокруг нас?
- Мне кажется, сейчас, благодаря социальным сетям и огромной доступности Интернета и всего прочего, поэзия и музыка (живопись в меньшей степени) утрачивают магию, ощущение того, что где-то далеко есть человек, чью книжку ты взял и прочитал, но его самого никогда не видел - и ты к нему стремишься, и какой-то вокруг него образуется ореол... Сейчас все проще и по-другому, и все эти области снизились на уровень обыденности, на уровень повседневности, и магическая составляющая в итоге перетекла в сами тексты и песни, и образ создававшего их человека уже не носит магического характера. Он - есть. И ты можешь посмотреть его фотографии, видео, услышать его голос. В этом смысле мне нравится, что магия перешла из образа творца и углубилась непосредственно в его произведение. Вот это круто, это какой-то другой этап, который еще нужно осмыслять, но времени для осмысления культурных событий - его очень мало. Концертов или выставок не стало больше или меньше, их такое же количество, просто информация о них сваливается в огромном количестве, и ты скачешь с одного на другое, не успевая осознать предыдущее. На самом деле, с этим придется жить подрастающим, новым поколениям, вот им как-то нужно будет научиться с этим гармонически существовать. Мне все-таки проще: я помню, как это прежде было, и у меня есть образ жизни, который я не меняю, несмотря на эти вещи. И я могу остановиться. Но молодежи придется учиться как-то это делать, и мне кажется, что они во многом уже это и делают, и учатся в этом хаотическом и сильно ускорившемся культурном пространстве существовать.

- С культурой в нашей стране теперь появилось множество проблем, которых не было прежде. Или они не были так заметны... В частности, коммерциализация.
- Коммерциализация - это, по-моему, точно не новость.

- Она стала очень доминировать.
- Это вряд ли связано с государством, это, скорее, веяние времени. Общемировое. Ну а что значит - коммерциализация? То, что стало возможно, начиная с девяностых годов, результат своего творчества продать? И что в советское время совершенно по-другому происходило?

- Нет, я имею в виду сам продукт. Который очень часто делается только для того, чтобы его продать.
- Мне кажется, это всегда было так, в любое время. Я бы назвал это шлаком... Процент шлака был точно такой же и в предыдущие годы, никогда он и не был маленьким.

- Согласен. Но вот ведь попса - это чисто российское понятие.
- Понятие-то российское. Но феномен попсы - то есть, музыки ради денег... все закономерно. Хочу сделать небольшой шаг в сторону, потом вернусь к этой же теме... Вот сегодня я прочитал новость о том, что среднее образование в школах уже сделали платным. Дума приняла закон о том, что скоро все станет, помимо базовых предметов, платным. Естественно, огромное количество возмущений в Интернете. Когда я сам все прочитал, то подумал: чем, собственно, наша страна, учитывая уровень национального продукта и всего прочего, отличается от стран третьего мира? Если мы на тридцатом месте в мире стоим по валовому национальному продукту, то есть, экономика наша слаба - то с какого фига наше образование будет бесплатным? Естественно, произойдет совершенно закономерное понижение общего культурного уровня, и так уже сильно упавшего. И он потихоньку сравняется с тем культурным уровнем, который в этих самых странах третьего мира и существует. Но только потому, что это объективная реальность, раз уж у нас так устроена экономическая ситуация. От этого же все пляшет, и от этого и будет плясать образование, и все, что можно купить за деньги. К сожалению. Этим можно возмущаться, но мне кажется, это объективная закономерность. И вот теперь-то, после того, как это произойдет, через какое-то время, через поколение, да и не через одно, мы будем потихоньку из этого выкарабкиваться. Это уже сила духа, сила менталитета какого-то национального проявится. И опять появятся Ломоносовы, и прочие, прочие, в новых условиях созданные. Если, конечно, не будет какой-то очередной революции, на что мы вообще падки и горазды весьма. Но я хотел вернуться к той теме, о которой говорил... о попсе, о ее засилии. Петербург - культурная столица. Но культурная столица - это миллион жителей, а все остальные слушают "Авторадио", шансон и прочее, и вот эту всю попсу. И так и должно быть! Вспоминая о том, как у нас происходит в детском саду обучение, какой у нас уровень прививается в нынешних школах, с каким культурным уровнем человек заканчивает школу... Я знаю много людей, которые не знают, что Петропавловка и Эрмитаж находятся напротив друг друга, для них это большое открытие! Причем это петербуржцы, с пропиской, им по двадцать два - двадцать пять лет, я знаю таких... дожив до такого возраста, отучившись, они до сих пор не знают... и что они тогда будут слушать? Неужели "Animal ДжаZ"? Они будут слушать то, что просто. Потому что, чем ниже культурный уровень, тем меньше желания слушать что-то заумное. И это логичный процесс. Я корю и виню, с одной стороны, всех производителей огромного количества шлака, но, с другой стороны, я понимаю, что по-другому и быть-то не может в сложишихся условиях. Я, честно говоря, немного над этим думаю, почти и не думаю... я просто на своем рабочем месте, которым является пение в группе "Animal ДжаZ", и теперь еще в "Zero People"; я просто делаю то, на что меня, как мне кажется, заточила судьба. Стараюсь это делать как можно лучше. И я всегда помню, что эту страну делают такой, какая она есть, люди, которые в ней живут. В том числе и я. И я пытаюсь делать то, что могу. Я не отвечаю за то или иное, но я отвечаю конкретно за то, чем я занимаюсь, и вот за это я отвечаю на сто процентов. Этим я могу гордиться.

- Видишь ли, жизнь в черной дыре не так уж проста, и проявляется это многообразно...
- Да. Хотя бы за счет огромного притяжения, взлететь трудно в черной дыре. Но это не делает наш взлет и наши возможности менее заслуживающими внимания. Может быть, даже наоборот. Всем бы остальным наши тернии - я бы посмотрел, как бы они тогда полетали...

- Все имели шансы на развитие. Не то чтобы шансы эти были у всех совершенно одинаковые, но...
- Согласен! Конечно, есть объективные природные и географические закономерности, прочие условия, какие-то трагические случайности в мировой истории происходили, которые меняли ход жизни целых наций, но, в любом случае, каждый человек может выбраться из любого дерьма, в которое он вляпался. Мне кажется. Момент преодоления есть в каждом человеке. В каждой, соответственно, нации. В каждом народе, в каждой стране. Так уж получилось, что нам сложнее, чем многим, но, честно говоря, не знаю, сложнее ли нам, чем Нигерии. Каждый имеет возможности, равные примерно...

- Я согласен с тобой, только очень много сил уходит на преодоление заморочек и проблем.
- Просто надо стараться, преодолевая их, не забывать о высоком. Честно говоря, я не знаю, как это можно сделать... К сожалению, не могу этим поделиться.

- Но ты же знаешь, как и что нужно делать тебе самому?
- Я знаю, да. Я знаю, как это сделать... Но просто само так получается, что, как бы мне не было хреново, я утром просыпаюсь - и первое, что я делаю - я что-то делаю. Беру гитару... хотя мне плохо, у меня все болит... но я встаю, и это происходит иногда, как мне кажется, даже помимо моей воли, просто само собой. Мне, может быть, в этом смысле повезло. Конечно, я бы хотел, чтобы каждый оказался на своем месте. И если бы он вдруг оказался не на своем, то он бы это понял и бросил бы это дурацкое занятие, которым ему не стоит заниматься. Я не верю, что есть люди, которые просто ничего не умеют и вообще ни к чему не способны. Я не верю в это. У каждого есть какие-то моменты, просто нужно себя разглядеть, почаще в зеркало смотреть, а не тупо вкалывать непонятно ради чего, просто ради того, чтобы прожить.

Беседовал с Михалычем George Гуницкий

На предыдущую страницу